Первые российские вина на Кавказе

Первые российские вина на Кавказе 19 Июнь 2011


 Новороссийск и Таманский полуостров – первые опыты

Черноморский округ (с 1896 г. – Черноморская губерния) с центром в Новороссийске был наиболее динамично развивающимся, хоть и наименьшим по территории, регионом Российской империи. Однако сельское хозяйство здесь приходилось развивать с нуля, ведь после исхода из бывшей Черкесии ее автохтонного населения – адыгов, молчаливыми свидетелями былой агрикультуры горцев оставались лишь дичающие сады и виноградные лозы. Изучению сельскохозяйственных перспектив региона были посвященные многочисленные научные экспедиции, результаты которых должны были помочь новым поселенцам занять соответствующую нишу в сельскохозяйственном производстве. Государство также пыталось способствовать занятию новоприбывших различными отраслями сельского хозяйства, в том числе виноградарством и виноделием.

Первым на практике показал, что окрестности Новороссийска подходят для разведения виноградников, окружной агроном Федор (Бедржих) Гейдук (1832 – 1890), чех по происхождению. Изучив растительность, географическое положение и местные условия региона (соседство с морем, защита от норд-оста Главным Кавказским хребтом, поросшим лесами), он сделал вывод, что весь Черноморский округ, за исключением разве что горных вершин, лежит «по средине климатической области виноградной лозы». Получив в личное пользование в Цемесской долине под Новороссийском 300 десятин земли, Гейдук заложил здесь экспериментальные виноградники, а в начале 1870-х гг. он же закладывает виноградники в удельном поместье Абрау в 20 км от Новороссийска и в Дагомысе и Вардане вблизи Сочи. Федор Гейдук первым открыл, что климатические условия на участке побережья вблизи Абрау практически идентичны Шампани. Часто цитируются слова Гейдука из рапорта по исследованию виноделия на имя начальника Черноморского округа генерал-майора Пиленко от 20 февраля 1870 г. о том, что «северо-западное побережье Кавказа представляет из себя одну из лучших в мире местностей для развития виноградарства. На юго-западных склонах открыта новая Калифорния для вина. Ни Бургундия, ни Шампань и тем более Крым не могут служить примером и образцом для полного подражания в нашем крае».

Гейдук считал, что новое казачье население этих мест, привыкшее в «хлеборобным равнинам», не сможет заняться «необычными ему отраслями», требующими «многолетнего труда и забот», к которым он относил виноградарство и садоводство. Поэтому сюда было приглашено гражданское население – малороссийские крестьяне, чехи, греки, молдаване, болгары, немцы и армяне. Переселенцам в частные руки раздавались по цене 10 руб. за десятину  участки от 15 до 50 десятин с обязательством развести на них определенное количество тутовых и плодовых деревьев и виноградной лозы, причем на сажени  должно было помещаться не менее одного виноградного куста или фруктового дерева. Если по истечении 10 лет контракт не выполнится, то земля подлежала изъятию.

В одном из своих исследований Гейдук вычислил процентное соотношение пригодных для возделывания земель в Черноморском округе в разрезе угла наклона к уровню горизонта. Для обустройства виноградников он предложил полосы с наклоном от 15 до 30°, где уже нельзя использовать полевые орудия. Лучшие виноградники, по мнению Гейдука, возможно выращивать на склонах от 30 до 45°, при условии обустройства на них террас.

Сын Федора Гейдука Ярослав, также агроном, в 1899 г. написал статью «Садоводство в Северо-Западной части Черноморской губернии», в которой, помимо садоводства, попытался обрисовать положение дел в виноградарстве. Главной причиной неудач первых попыток насаждения виноградников в окрестностях Новороссийска он считал использование частичной перекопки почвы (ямки и канавы), приводившее к тому, что лозы росли слабо и не давали плодов даже на плодородных почвах. Объяснял Ярослав Гейдук это тем, что скалистые почвы не способны сохранять достаточное количество влаги. В то же время, он отмечает, что при сплошной глубокой перекопке (сейчас это называют «плантажной вспашкой») плоды получаются лучшие и лоза дает устойчивые ежегодные урожаи. Ярослав Гейдук сравнивает Новороссийск с местностью между Анапой и Темрюком (Таманский полуостров). В противоположность Новороссийску, в долинах рек Гостагай, Джига, Уташ и в имении генерала Пиленко Хан-Чокрак лоза, посаженная в почву, вспаханную обычным полевым плугом, дает обильные урожаи. Это можно объяснить тем, что здесь почвы более легкие по механическому составу – песчаные и супесчаные. Метод глубокой перекопки здесь также использовался, но лишь «чтобы воспользоваться более высокими достоинствами каменистой и скалистой подпочвы».

Мнения о пригодности окрестностей Новороссийска к возделыванию винограда у многих исследователей расходятся. Так. И. Серебряков считал, что виноград там следует прятать от норд-оста (бора). С. Васюков, напротив, в 1902 г. писал, что для винограда норд-ост не вреден и даже полезен, в отличие от зюйд-веста («моряка», ветра с моря). В подтверждение своих слов он хвалит местные сотерны (семильон) и лафиты (каберне-совиньон).

Между Туапсе и Сочи

Одним из первых российских очагов виноградарства на Черноморском побережье Кавказа был Дагомыс. Об исключительной пригодности здешних условий для садоводства и виноделия писал А. Верещагин, крупный сочинский землевладелец. По его сведениям, впервые эту мысль высказал в 1870 г. председатель департамента уделов граф Ю.И. Стенбок, который отметил, что «на царской ферме на Дагомысах следует обратить исключительное внимание на родной Кавказскому краю виноград, а именно на разведение одного только сорта винограда – кахетинского, вино из которого получило такую известность». Виноградник и был заложен здесь на пологом склоне горы в 1872 г., и уже в 1873 г., по свидетельству Верещагина, на многих лозах были «хорошие грозди». В имении был и питомник, в котором, кроме кахетинского, разводили еще 26 сортов столового винограда. Были и трудности по уходу за виноградником: «подпочва выворачивается в виде больших пластов твердого сланца». Выше уже отмечалось, что виноградник в Дагомысе заложил агроном Гейдук, а садовником там работал тоже чех – Вячеслав (Вацлав) Машко, «человек знающий, но и артист-любитель», по характеристике Верещагина.

В своей статье «Основы хозяйства в Сочинском округе» агроном-опытник И. Клинген подробно рассматривает первые виноградарские и винодельческие опыты, произведенные «выдающимися пионерами здешнего края», считая именно эти отрасли важнейшими для региона. Так, он сравнивает климат северо-западной части Черноморского округа (Абрау) с его южной частью (окрестности Туапсе и Аше). В Абрау из 13 лет дождливая осень во время уборки винограда была 4 раза; «гнилая осень», когда вино было испорчено серой гнилью, была 2 раза (неблагоприятные условия в 6 случаях из 13). В Туапсе из 7 случаев 4 осени были отличные (сухие), 2 средние и 1 посредственная. Учитывая, что в Абрау уборка начинается на 2 недели раньше, в Туапсе и Аше вино должно быть несколько крепче, но зато для них удерживать равномерную температуру в погребе труднее, чем в Абрау.

 

Роль личности баронов в истории виноделия

Под Туапсе, в 6 верстах к югу, располагались виноградники барона Максима Васильевича (Магнуса Карла) Штейнгеля, о которых в деталях рассказывает Клинген. Барон Штейнгель – личность примечательная. Киевский сахарозаводчик, биржевик, пайщик металлоткацкой фабрики, имевший дом в самом центре города – на Ярославовом Валу, Штейнгель в 1874 г. приобретает большой земельный надел под Туапсе, на склонах горы Туишхо. Там он разбивает виноградник, а собственные тихие и шампанские вина с него продает в фирменном магазине в Киеве, открытом в пристроенном к дому помещении с подвалом. Всего хозяйство «Туишхо» производило до 2000 ведер виноматериала, а свои вина трехлетней выдержки барон продавал в Киеве по цене от 45 до 85 коп. за бутылку. Вина Штейнгеля брали призы и медали на выставках, а рекламные объявления систематически предостерегали от подделок. Вина можно было купить на месте или заказать на дом по телефонному номеру 91 – хоть бутылками, хоть бочками. Здесь же продавали кавказский мед и сухофрукты. 

В 1886 г. имение барона, путешествуя по Черноморскому побережью, посетила графиня П.С. Уварова. В своих «Путевых заметках» она отмечает «5 десятин хорошего виноградника» барона. Как и в Абрау и Дагомысе, виноградниками занимались чехи – управляющий (его имени Уварова не называет) и его помощник Тихачек. 

Клинген описывает весь годовой цикл работ на виноградниках Штейнгеля, поэтому позволим себе его процитировать. Виноградники, расположенные на юго-западном склоне горы Туишхо, защищены от северных ветров более высокими вершинами; «господствующий грунт – глинистоизвестковый сланец, отличающийся от новороссийского тем, что сверху успел сильно выветриться, вследствие более влажного климата, и образовал мергелистую почву в 8 вер[шков] толщиной, с небольшим слоем чернозема. С плантажей, богатых твердым песчаником, вина получаются наилучшие, но урожай по весу умеренный, с плантажей же с более рыхлым грунтом – вино похуже, но зато урожай обильнее». Междурядье в виноградниках – по 2 аршина  (ок. 1,5 м; для сравнения: междурядья на современных виноградниках «Фанагории» в Темрюкском районе составляют 3 м; во Франции – от 1,5 до 3 м); на десятину выходит до 6.500 лоз (значит, схема посадки была 1,5 х 1,5 м). Указана стоимость кольев: 35 руб. за тысячу. Перекопку делают по окончании обрезки, выломку – в начале лета, «цапают» (пропалывают) 3 – 4 раза, чеканят в начале августа. В качестве удобрения раз в 6 лет используется навоз рогатого скота, смешанный с выжимками, гребнями и золой. Обрезка проводится по способу Гайо  – подряд 8 – 10 глазков; 2, редко 4, побега. Цветет виноград во второй половине мая. Уборку начинают в конце сентября – начале октября. Лечение от оидиума и милдью производится серой и медным купоросом с примесью соды (бургундская смесь) вместо извести (бордосской смеси). Из выращиваемых сортов менее всего страдает от грибных болезней сотерн (семильон), а более всего рислинг. Некоторые сорта при перенасыщении почвы влагой страдают от хлороза – в таком случае отрывают куст, проветривая корни. Сотерн и здесь проявляет наибольшую стойкость к болезни.

Клинген перечисляет сорта винограда из хозяйства барона Штейнгеля и дает характеристику вин из них. Возможно, эти данные пригодятся современным виноделам – ведь многие сорта, выращивавшиеся на Черноморском побережье в конце XIX в., забыты, хотя они имеют несомненную маркетинговую ценность. Итак, вот как в 1890-е гг. были охарактеризованы виноград и вина из-под Туапсе:

1.Пино-блан дает отличное вино и хороший урожай; созревает поздно; страдает от грибных болезней; сахар 18 – 20%, кислотность 5,5 – 7.

2.Рислинг дает хорошее вино с тонким букетом; урожай хороший; созревает во второй половине сентябре или в начале октября; часто наблюдается Botrytis cinerea; сахар 18 – 20%; кислотность 5,5 – 7; средний урожай – 300 ведер  с десятины (приблизительно соответствует 254,5 дал вина с 1 га виноградников, или 41 ц/га винограда).

3.Семильон дает прекрасное вино; созревает в конце сентября; часто наблюдается Botrytis cinerea; сахар 18 – 20%; кислотность 5,5 – 7; урожай до 400 ведер (65 ц/га).

4.Траминер – низкий урожай, но вино превосходное; созревает в сентябре; сахар 20 – 24%; кислотность 4,5 – 6; устойчив к грибным болезням.

5.Мцване  созревает позже всех – в октябре; требует длинной обрезки; дает плод с 4 или 5 глазками.

6.Gamnais  – созревает, начиная с середины августа; сахар 18 – 19%; кислотность до 9; требует длинной обрезки на старой древесине; страдает от хлороза (недостаток железа) после влажной зимы и весны и поддается гниению в сырое лето.

7.Пино-фран созревает в конце сентября; страдает от болезней; урожай слабый, но вино тонкое.

8.Мускат черный созревает во второй половине сентября; сахар до 22,5%; кислотность 4.

Согласно Клингену, стоимость закладки одной десятины виноградника у барона Штейнгеля составляет 1859 руб., а ежегодные расходы – 150 руб. на десятину.

Уборка начинается только после наступления полной зрелости плодов. Брожение продолжается 6 – 9 дней; осветляют вино в ноябре – начале декабря в чанах емкостью 100 – 300 ведер. В первый год не менее 4-х раз делают переливку. Для оклеивания белых вин используют желатин, красных – желатин и яичный белок. 

Сам рачительный хозяин, барон Штейнгель заинтересовал виноградарством своих соседей-крестьян, у которых к тому времени уже было несколько десятин виноградников. Вино свое крестьяне также сбывали барону Штейнгелю. Однако, в начале 1900-х гг. наступил винный кризис; для черноморских вин не было рынка сбыта, барон перестал скупать виноград у соседей, кое-кто из которых даже приступил к уничтожению своих виноградников.

Брат Максима Васильевича Штейнгеля Рудольф также оставил след в истории черноморского виноделия и винокурения. Задавшись целью устроить большое образцовое хозяйство, он приобрел в 1881 г. два участка в районе современного г. Новокубанска (16 км от Армавира). Имение свое он назвал «Хуторок». На одном из участков был построен большой винокуренный завод. Там же барон Рудольф Штейнгель начал заниматься полеводством, скотоводством, а впоследствии заложил и виноградники (8 десятин). С 1885 г. виноградник расширяется, а в 1887 г. строятся обширные подвалы, бродильные цеха и винодельня. Около 4 десятин земли барон отводит под опытные виноградники лучших, но малоизвестных тогда в Кубанской области винных и столовых европейских сортов. В 1893 г. вина «Хуторка» получили Большую золотую медаль на выставке в Париже, а в 1895 г. там же были удостоены почетного диплома «за правильную, образцовую выдержку и безусловную натуральность». У фирмы «Хуторок» были собственные винные склады в Армавире, Риге, Ростове-на-Дону и Москве. Продажная цена вина колебалась от 1 руб. 90 коп. до 9 руб. за ведро (со стоимостью посуды), в зависимости от сорта и выдержки, в то время как себестоимость ведра молодого вина была ок. 70 коп., а годовая выдержка обходилась в 74 коп.

Винокуренный завод в «Хуторке» был построен в 1883 г. На нем было установлено оборудование из Ландсберга-на-Варте (ныне – Гожув-Велькопольски) и Варшавы. Изначальная мощность переработки – 2.000 пудов  в сутки, а следующий владелец имения – сын Рудольфа Васильевича Владимир – провел реконструкцию завода, позволившую перерабатывать зимой до 2.644 пудов в сутки. В 1900 г. молодой барон строит новый ректификационный завод. Для винокуренного завода во всех крупных населенных пунктах Кубанской области закупалось заводскими агентами зерно. 

***

В 1901 г. в Туапсинском округе было 97 крестьянских виноградников общей площадью 19 десятин 1661 кв. саженей, и 16 частных виноградников площадью 40 десятин 1578 кв. саженей. Крестьянами было собрано 2328 пудов винограда, получено 1500 ведер вина; частниками – 7320 пудов винограда и 4500 ведер вина.

В 1898 г. в Туапсе было открыто Варваринское училище плодоводства и виноградарства первого разряда, в котором обучались около 100 человек. В саду при училище культивировались различные сорта винограда, а в лаборатории училища проводились исследования вин. 

Первые виноградники Сочи

Но вернемся к Клингену. Так же обстоятельно он рассказывает о виноградниках еще двух хозяев – Сибирякова на морском берегу вблизи реки Аше и Хлудова вблизи Сочи. Вкратце обрисуем их, чтобы читатель имел представление о сортах, которые выращивались в то время в районе Сочи.

У Сибирякова было 18 десятин виноградников, в т.ч. 5,5 десятин плодоносящих. Междурядье составляло 1,25 – 1,5, редко 2 аршина. Частыми были оидиум и милдью. Выращивались в равных долях пино-фран, семильон и рислинг, кроме того, 1 десятина была засажена каберне. Большую проблему составляли сорняки, которые приходилось вырывать с корнем. Урожай с десятины составлял 300 ведер. Отмечалось, что виноделие «производится общеевропейским способом». Клинген нашел «превосходными» попробованные им рислинг и сотерн.

У богатого сочинского землевладельца Хлудова виноградников было гораздо больше – около 100 десятин, из которых 83 были заложены в 1893 г. на склоне в 30° без террас. Почвы глинистые, глинисто-известковые, очень тяжелые. Перекопка велась на глубину 1,5 аршина. Выращивались лафит, рислинг и мускаты (белый, розовый и александрийский); в меньшей степени – Педро Хименес, пино-блан, пино-гри, мальбек, гарнача, мадера, шасла, саперави, аликанте, алеатико и изабелла. Междурядье составляло 1,5 аршина. Преобладала формировка Гюйо; использовалась проволока на железных столбах. Летом трижды делали подвязку побегов; рыхление проводили 4 – 5 раз. Дважды в год лозы поливали медным купоросом с нашатырем. Стоимость закладки десятины у Хлудова была меньше, чем у Штейнгеля: 1359 руб. Подробнейшим образом описывает Клинген годовой цикл работ с разбивкой стоимости каждой операции, а также оплату мужского, женского и детского труда виноградаря (16 – 18, 10 – 12 и 8 – 12 руб. в месяц зимой, соответственно). Показательно, что колья «шпалерных кустов» (а были и «свободностоящие кусты») убирались на зиму.

О качестве вина Хлудова Клинген мог судить только по молодым виноградникам, но все же он делает вывод, что тамошние вина будут очень мало спиртуозными и, вероятно, будут «легко портиться», поскольку производятся из больного винограда. В целом, Клинген оценивает результаты как отрицательные, но, удивляясь энергии Хлудова, все же предполагает, что при учете местных климата и почв тот сможет достигнуть хороших результатов.

Кроме упомянутых хозяйств, в которых виноградарством занимались серьезно, лозу возделывали, по мере своего разумения, и крестьяне-поселенцы. Так, молдаване, поселившиеся в нескольких селениях к югу от Сочи, продавали «друг другу кислое вино по 1 – 2 р[уб]. за ведро», а мингрельцы возделывали изабеллу (до сих пор весьма популярную в Абхазии).

Виноделие Абхазии

В начале ХХ в. в Абхазии изабелла уже была самым распространенным сортом. Виноделием там, кроме собственно абхазов, занимались русские, немцы и эстонцы, которые снимали урожай в конце сентября, в то время как абхазы – уже в августе. В результате, у абхазов вино было намного кислее. Вино у крестьян могло храниться недолго. Кроме того, в Абхазии в то время работали «городские виноделы», готовившие вина «по европейскому способу» и выдерживавшие их в подвалах. Они выращивали те же семильон, пино, а также аликанте. Некий г-н Герман, управляющий в имении г-на Томара, делал вино из изабеллы, выдерживая его на выжимках саперави. Исследователь пишет, что «после двухлетней выдержки получилось вино, очень близко подходящее к лафиту». Современные виноделы схватились бы за голову!

Абхазы выращивали виноград по традиционному способу маглари, пуская лозы на деревья, а частные виноделы и поселяне уже использовали высокий штамб на кольях.

Тогда же обширные виноградники были у известных абхазских монастырей – Ново-Афонского и Успенского Драндского. По словам очевидца, виноградники содержались хорошо, но «монахи портят его тем, что иногда сливают в одни чаны вина разных сортов».

***

Таким образом, к началу I мировой войны виноградарство постепенно распространялось (пусть не везде системно) по всей Черноморской губернии и Сухумскому округу, не став, однако, основой их промышленности. Но уже в 1916 г. исследователь В. Христианович делает такой вывод: «Виноград и виноделие вполне возможны на побережье, но в субтропических районах Сочи, Гагр и далее к югу – для винограда слишком влажно. Он гибнет здесь от грибков, а вино получается неважное. Правда, виноградники есть возле Туапсе, есть здесь и подвалы, назовем, например, имение Туишхо барона Штейнгеля и хозяйство Варваринского училища виноделия, но богатое будущее в винодельческом отношении принадлежит гораздо более северному и сухому району Новороссийска и Геленджика, где находятся известное Абрау-Дюрсо и ряд других винодельческих хозяйств». Как показала дальнейшая история, Христианович оказался прав…

Владимир Пукиш

Использованы материалы книги С. Хотко «Старые черкесские сады», а также сайта ООО «Хуторок-2»



Отзывы (0)

QuipLoginToCommentTpl